Винницкие "Муры"

Винницкие “Муры”

На пересечении современных улиц Володарского и Полины Осипенко сохранился участок крепостных стен с угловой башней (1610—1617), сложенных из крупного красного кирпича на гранитном основании. Суровой силой и неприступностью веет от высоких, слегка наклоненных внутрь двора стен — муров. Строчка крошечных квадратных бойничек, тонкий поясок тосканского фриза сбегают на стены с массивной угловой башни, равной им по высоте. Форма ее напоминает огромный колокол, расправленный на квадратном плане. Скругленные углы фланкированы пилястрами, расширяющимися, следуя колоколообразному силуэту башни, книзу. Подобный прием усиливает пластичность образа этого интересного памятника раннего барокко. Та же суровая массивность присуща облику и самого костела иезуитов (1610—1617), хотя многое унесено разрушениями, пожаром и перестройками. Это тяжелое, грубо, как бы «вчерне» декорированное сооружение стоит в углу квадратной в плане территории муров, обращенное фасадом к улице Cоборной.

Еще и теперь, в окружении крупных современных зданий, среди больших деревьев костел иезуитов весьма заметен своей грузностью. Три нефа, цокольный этаж, крестовые своды. Среднему нефу отвечает на фасаде ризалит с четырьмя пилястрами тосканского ордера, несущими раскрепованный треугольный фронтон. Композиционное решение фасада подсказывает возможность существования двух угловых башен. Парапет на их месте, как и оконные проемы и сандрики на фасаде, появился на рубеже XIX—XX веков. Тогда же при планировке улицы и подрезке грунта обнажился цоколь и была устроена ажурная чугунная лестница, стилистически чуждая фасаду. К противоположному торцу костела, со стороны хора, то есть алтарной части, примыкает вытянутый в глубину двора монастырский корпус. Многократные перестройки, поновления, частая смена хозяев зданий бывшего монастыря с трудом дают теперь возможность догадаться о прежнем облике сооружения. Построенный параллельно линии берега, монастырь сползал к реке, и об этом напоминают три громадных контрфорса, упирающиеся в ровную гладь белых стен между маленькими, без наличников окнами. Примитивная грубость контрфорсов скрашена крупным объемом каплицы, пристроенной к той же восточной стене костела. Каплица отличается от храма большей живостью оформления, хоть частично и утраченного. Хороши нарядные, энергично проработанне наличники ниш — фальшивых окон. Но… и здесь следы неудачных поновлений: приплюснутые фронтоны, стесанные капители и базы пилястр исказили выразительность прежнего облика. А как живописна была высокая красная черепичная крыша с заломом! К сожалению, эта характерная деталь не возобновлена после реставрации и на двухэтажном крыле монастырского корпуса, выступающем пристройкой во двор с западной стороны костела.

Фасад пристройки декорирован со сдержанной пышностью раннего барокко: высокий двухъярус ный фронтон с полукруглым завершением, ниши и упрощенные вазы по краям, характерные барочных пропорций окна в наличниках с ушками, белизна штукатурки. Параллельно корпусу бывшего иезуитского костела, выше по склону, стоит длинное невзрачное двухэтажное здание келий. Перспективу двора замыкает художественно чуждый, выпадающий из сложившегося ансамбля стеклянный фасад Винницкого краеведческого музея, экспонаты которого уже вспоминались и еще не раз вспомнятся на страницах «путешествия к прекрасному».

Выше корпуса келий, фасадом на улицу Соборную, старейшую транспортную артерию города, бывшую Ленина, Почтовую, а еще раньше — Летичевскую дорогу, выходит другой архитектурный ансамбль — монастырь доминиканцев. С вступлением в Винницу казаков Максима Кривоноса доминиканцы бежали в соседний Черленков и только через сто десять лет при поддержке можновладцев вернулись в Муры. Михал Грохольский, брацлавский судья и магнат, восстановил («репаровал») в 1758—1760 годах доминиканский монастырь. Крипта костела стала родовой усыпальницей графов Грохольских.

В 1835 году царское правительство упразднило доминиканский кляштор, а через четыре года костел стал православным собором. Для придания ему должного «благолепия» на фасадных башнях возвели фальшивые шатровые завершения, а третье такое же поднялось над специально устроенным фальшивым барабаном под средокрестием. После Октября все три шатра убрали, а немного позднее исчезли и башни. Высота сохранившейся части здания доходит до карниза второго яруса. Однако переделки почти не изменили первоначального плана этого несомненно интересного памятника, представляющего компактный , рационально решенный ансамбль, который состоит из костела и монастырского корпуса. Объемно-пространственное построение кляштора основано на строгой взаимосвязи функциональности и формы. Костел в плане представляет собой прямой крест с очень короткой продольной «перекладиной» — трансептом. Своей вершиной — хором — крест как бы “вставлен” в проем огромной буквы «П», составленной корпусами келий, замыкая в каре маленький внутренний дворик—атриум. Пазухи — запады между наружными стенами хора, трансепта и корпуса келий заполняют баптистерий (крещальня) и сакристия (ризница), которые служат переходными звеньями между самим костелом и монастырским корпусом. Классический итальянский атриум включает традиционную аркаду лоджий; здесь же проемы арок были заложены и устроены обычные окна, освещающие сводчатый коридор, двери из которого ведут в кельи. Наружные стены двухэтажного корпуса келий почти лишены декора и только симметричные фасады—торцы, примыкающие к углам трансепта, оформлены рустикой, нишами и характерными для раннего барокко высоко поднятыми фронтонами. Их декор очень близок по рисунку фронтону западной пристройки к монастырю иезуитов. Ведь строилось все это в одно время: в начале XVII века. Значительно богаче украшен фасад доминиканского костела. Его нижний ярус, расчлененный раскреповками, декорируют плотно теснящиеся пилястры тосканского ордера, сгруппированные соответственно расположению прежде существовавших угловых башен. В этих местах стена между пилястрами круглится, придавая фасаду живость, усиливая игру светотени. Архитектурное убранство второго яруса, несмотря на то, что оно вторит оформлению нижнего этажа, отмечают уже некоторая сухость и эклектичность: упрощенные капители пилястр, форма окон и рисунок их наличников, неувязка по высоте и профилю карниза с карнизом старого здания костела — все это результаты переделки XVIII века. Зодчие же предшествующего столетия «играют» архитектурными формами весело и задиристо. Торцам трансепта, как и торцам фасадной части, придана в плане та же мягкая, легкая выпуклость, которая наряду с гладью большой оштукатуренной поверхности стены усиливает композиционный акцент на главном фасаде здания. Интерьер храма раскрыт на всю высоту. Главное его украшение составляют пышные коринфские капители пилястр, богатое нагромождение нарастающих, словно в унисон аккордам органа, линий антаблемента. Нынешняя однотонная мрачная окраска стен, сводов и декора снижает художественную выразительность внутреннего пространства памятника архитектуры. В целом компоновка и оформление кляштора соответствовали и пропагандистской цели: с одной стороны, великолепный, богато декорированный костел, храм божий, с другой — скромные, аскетически строгие, лишенные какого бы то ни было украшения гладкие стены корпуса келий, с маленькими окнами, со скрытым от посторонних глаз внутренним двориком — простая обитель «слуг божьих».

,

---

Сподобалась стаття чи сайт? Скористаєтесь кнопками що тут нижче:

---

  ←     →